каждому свое

. . . . . . . . .

Алки

Алки

Родителей своих я не помню. Совсем не помню. Первые детские воспоминания связаны с монашеским орденом Созерцателей, так, кажется, они себя называли. Если вам покажется, что это было беззаботное и безоблачное детство, вы заблуждаетесь. Сообщество монахов, которых все миряне в округе считали благопристойными и Богобоязненными людьми, на практике было сборищем тупых, оголтелых фанатиков. Уж и не помню, кому они там поклонялись, но создавалось впечатление, что они готовы проводить в молитвах все свободные от короткого сна часы… А поскольку полировать лбом полы монастыря мне никогда не «улыбалось», все мое детство прошло в сплошных наказаниях, связанных с недетским физическим трудом… Меня они называли «Алки». Что означает это имя? Когда я задавал им этот вопрос, они пряча глаза, отвечали что-то невнятное, мол Алки, в переводе с какого-то там, означает найденыш. Это откровенное вранье просто удивляло. Меня ни на секунду не покидало ощущение, что они прекрасно знали, кто мои родители, и как я оказался в их монастыре, но все попытки выяснить это, приводили к сбивчивому и путанному вранью, которое способен был распознать даже ребенок.

Единственными часами, когда я был по-настоящему свободен, были часы сна. В своих сновидениях я парил над безоблачными просторами материка на огромных драконах, сражался с ужасными монстрами, которых никогда в жизни не видел, владел испепеляющими все вокруг магическими заклинаниями. А еще… Еще мне снились неизвестные, древние таинственные письмена. Смысла их я не понимал, но никогда меня не оставляло чувство, что в этих письменах содержится что-то очень важное и ценное не только для меня. Однажды, я запомнил одно короткое заклинание, которое видел во сне, а поутру записал его на пергаменте. Точнее, зарисовал, поскольку моим образованием в этой Богодельне мало кто занимался… Когда же я положил пергамент на табуретку, а вокруг разместил несколько травинок и камней, найденных в монастырском дворе (ума не приложу, почему именно их, просто знал, что так надо), вся комната озарилась на мгновенье красивым розовым светом. Все, что лежало на табуретке исчезло, а с самой табуреткой произошло что-то странное. У того, кто на нее садился, ощущался резкий прилив сил, вдвое увеличивалось здоровье… То, что произошло потом, не приснится и в кошмарном сне… Святые отцы объявили меня исчадием ада, дьявольским отродьем, порождением сатаны. Меня, 11-ти летнего ребенка приговорили к сожжению на костре. Только чудо помогло мне бежать. Охранник, переусердствовавший в молитвах, просто уснул на посту. Бежать в неизвестный, полный опасностей, ужасный мир, населенный злобными монстрами. Моя, и так не сладкая жизнь превратилась в сущий кошмар. Каждый день, прожитый мною в этом мире, стал бесконечной битвой за выживание. Практически без сна и отдыха, питаясь, чем придется, скрываясь в лесах и оврагах, я взрослел, постоянно оттачивая боевое мастерство в стычках с монстрами. Чем взрослее я становился, тем дальше и смелее были мои вылазки из убежища, в котором я скрывался. В конце концов, одна из таких вылазок привела меня к дороге, по которой я пришел в город Санпул. К тому времени мне было уже девятнадцать лет.

Моя предыдущая жизнь сделала меня человеком замкнутым, однако общество людей обязывало к общению. Все мое естество разрывалось на части между внутренним миром, а только в нем я чувствовал себя комфортно, и внешним, где каждый человек мог оказаться или другом или предателем. Не знаю, сколько бы еще продлилась эта внутренняя борьба, если бы не встреча с Кланом Виззлоук. Это слово казалось до боли знакомым. Меня ни на минуту не оставляло ощущение, что я не раз видел это слово в своих снах. Общество этих людей притягивало как магнит, и скоро, очень скоро я встал под знамена этого Светлого Клана.

С возрастом моя тяга к магическим познаниям не только не ослабла, но и наоборот, развилась и окрепла еще сильнее. Меня всегда удивляло, что я больше не запоминаю снов… Эх, сколько я мог бы из них почерпнуть, какую пользу принести своим друзьям, чаруя для них броню и оружие, но, по какому-то непонятному стечению обстоятельств, я не мог этого делать, хотя всегда чувствовал, был просто убежден, что мне это по силам. Ответ на этот вопрос я получил лишь тогда, когда повстречал этого старого болвана Кендальфа. Оказалось, что мне необходимо вступить в его дурацкую гильдию, исполнять все требования, придуманные его старческим воспаленным воображением. Невероятно, но этот старый осел брал в гильдию всех, без разбора, даже не удосужившись проверить, является ли кандидат магом и чародеем по призванию, или пришел в гильдию вследствие мимолетного заблуждения. Мне пришлось подчиниться. Пока. Но я точно знаю, что когда сменю этого маразматика на посту главы гильдии, она станет самой достойной гильдией сферы, такой, какой и должна быть гильдия чародеев – высших магов этого мира. Кстати, этот дурачок до сих пор думает, что стоит в человеческом облике. Если встретите его, не говорите ему ничего, ладно? А то, не видать мне остальных ступеней мастерства, как своих ушей (вот черт, не для сферы поговорка). Такой был соблазн превратить его в свинью или палочника, но в первом случае не хотелось отбирать хлеб у архимагов, а во втором… Если с него хворост посыплется, он станет приносить хоть какую-то пользу, а это уже нонсенс.

Вот вкратце и все, что я хотел рассказать о себе. Вернее, почти все. Если и есть на этом свете вопрос, который мучает меня всю жизнь, так это вопрос о моем происхождении. Кто я? Почему меня назвали Алки? Кем были мои родители? Какая невидимая нить привела меня в Клан Виззлоук? Возможно, на этот вопрос могли бы ответить монахи, приютившие меня в детстве, но, когда я вернулся к монастырю будучи способным постоять за себя и задать парочку вопросов «с пристрастием», выяснилось, что задавать их просто некому. На месте монастыря я обнаружил одни руины. Что случилось с этими людьми и остался ли кто-нибудь в живых? Не знаю, остается надеяться на чудо и Его Величество Случай. Мой внутренний голос подсказывает мне, что надежда узнать правду еще есть…


Реклама на сайте | Карта сайта | О сайте